Тень у берёзки

Для членов поискового отряда «Гвардеец» осенняя «Вахта памяти – 2013» начиналась в столице. Вместе с ними на поисковые работы отправился и автор этого материала, корреспондент «Красной звезды». Экипировавшись, подготовив провиант и всё необходимое для проживания в лесу, мы дружно набились в «хомяк» (так гвардейцы называют автомобиль Hammer) и тронулись в путь…

Поисковый отряд «Гвардеец» был сформирован 22 апреля 2011 года на базе Совета воинов запаса Афганистана Южного административного округа Москвы (кстати, с таким же гордым названием). Все члены отряда ранее неоднократно принимали участие в поисковых экспедициях в составе других поисковых отрядов. Возглавляет «Гвардеец» участник боевых действий в Таджикистане и Чечне десантник гвардии капитан запаса Герман Николаевич Паринский.

Чем занимается отряд, вы, думаю, уже догадались, а пока – меня посвящают в азы поисковой работы, инструктируют и особо обращают внимание на то, что делать в лесу не рекомендуется. Наставники у меня – ребята бывалые. Дима Щепотин в этой поездке – и водитель, и вдохновитель отряда. О таких говорят: «Пошёл бы с ним в разведку!» он ныне, не поверите, – заведующий библиотекой.

Роме Письменному выпала почётная миссия – исполнять обязанности командира. Не преувеличу, если скажу, что такие, как он, отдают себя полностью поисковой работе. На его счету – десятки поднятых бойцов. Хотя, как говорит Роман, хвалиться подобным – признак невоспитанности. Ему – огромное спасибо за то, что подготовил и меня к данной экспедиции.

Даниил Толкачёв, или, как мы его называли, Данька, – стажёр отряда. Впрочем, на вахтах ему приходилось бывать, и он уже получил шеврон с эмблемой «Гвардейца». В жизни он нашёл себя уже давно. Казалось бы, живи потихоньку, но Даниил пожертвовал своим временем, чтобы поучаствовать в поиске не вернувшихся домой бойцов.
И конечно же Настя Снитко. Истинная красавица, мама двоих детей. Приехала в Россию из Кишинёва. В солнечной Молдавии уже участвовала в поиске и перезахоронении останков советских военнослужащих. И детей воспитывает в духе патриотизма.

В деревню Сухая Нива Валдайского района Новгородской области мы прибыли к 11.00. Десятки памятников и обелисков нашим воинам стоят в её окрестностях. Здесь шли жестокие бои.

Когда зимой 1941 года немецкое наступление заглохло в нескольких десятках километров от Москвы, пробил час Красной Армии. Усиленные сибирскими частями войска прорвали немецкую линию фронта и продвинулись далеко на запад. В районе Демянска более чем 100-тысячная немецкая группировка (шесть дивизий) была окружена.
Это первый случай в Великой Отечественной войне, когда части вермахта попали в столь серьёзное окружение. В 1942 году немцам удалось снять блокаду, после чего войска Северо-западного фронта провели несколько наступательных операций. Враг сопротивлялся грамотно, умело, рационально, хотя и нёс большие потери. Демянск был освобождён лишь 1 марта 1943 года. В боях на этой земле с обеих сторон полегли многие. Здесь нам и предстояло работать.

Обустройство лагеря

Первое, что мы сделали по прибытии, – разбили лагерь на опушке леса. Места здесь красивые. Хрупкие берёзки, полувековые ели, росинки на шляпке гриба – всё это наполняло душу гармонией. И в этом благостном состоянии тяжело было представить картину ожесточённых боёв, вошедших в историю, как «Демянский котёл».
К вечеру подъезжает бессменный друг «Гвардейца» – Николай Францевич Якубовский. Он из поискового отряда «Торнадо», человек с богатым жизненным опытом. В поисковом деле уже 17 лет. С ним легко общаться и приятно работать.
Ночевать предстояло в спартанских условиях, поэтому добротно установили палатки, застлав их днища еловником, разложили вещи, заготовили сухих веток для костра. После обеда на природе закутались в спальные мешки. Сон в осеннюю ночь на свежем воздухе – мертвецкий. А утром нам предстояло начать нужное и нелёгкое дело, ради которого мы сюда приехали: спустя 70 лет поднимать останки тех, кто отдал за нас жизнь и уснул здесь навеки.

Начало поиска

Выдвигаемся в лес, к месту поисковых работ. Рома и Настя обследуют местность металлодетектором и щупом. Мы с Димой и Николаем Францевичем на подхвате. Звенит всё… Это очень усложняет работу.

На деревьях нередко можно увидеть каски наших солдат. «Железа», как называют его поисковики, немерено. Ржавые снаряды, пулемётные ленты за десятки лет стали привычными атрибутами этих мест. А вот и немецкая сигнальная ракета. Патроны раскиданы повсюду. Десятки музеев со всей страны пополнились экспонатами из новгородских лесов.

Извлечённые из земли металлические предметы, не представляющие ценности для поисковиков, складываются у ближайшего дерева. Это некий знак: мол, здесь уже копали и поиск лучше продолжить в другом месте. Вот и ходишь по лесу, словно по музею под открытым небом.
Во время работы можно наткнуться на «времянки». Так на языке поисковиков называют временные захоронения, упакованные, как правило, в полиэтиленовые мешки и спрятанные до следующих работ. В случае если отличительные знаки захоронения – палка с цветной материей на срезе или крест – будут повреждены природой или зверьём, полиэтилен даст характерный звук, который не спутать с чем-то другим.

Останавливаемся на «обед», если так его можно назвать. Уходить из леса пустыми не принято, но и найти что-то важное пока не получается.
В нашу компанию включается один из местных жителей – Михаил. На его счету десятки найденных бойцов. В здешнем лесу он как дома – знает каждую тропинку. Несколько лет назад во время работы подорвался на снаряде, в результате чего ему ампутировали левую кисть, а осколки, попавшие в лицо, чуть не лишили его зрения. Казалось, что поисковая работа инвалиду больше не по силам. Ан нет! Ищет лучше здоровых. Как это ему удаётся, не знаю, но результат налицо. Сам же Михаил – находка для поисковиков. Если с ним в лесу, значит, обязательно что-нибудь найдёшь. И этот раз не стал исключением.

Он рассказал нам, что возле одного дерева видел кость, по форме напоминающую человеческую. Мы выдвинулись в это место. Действительно, чьи-то останки. Начали копать. Натыкаемся на ботинки, затем находим противогаз, бритвенные принадлежности, кружку, ложку с надписью «ТХ» (если удалось правильно прочесть). Раскопали это место, но, к сожалению, нашли только несколько костей. Дело в том, что это была колея от танка, и когда тот давил солдата, останки разметало на десятки метров. Если представить происходившее в том бою, картина вырисовывается ужасная. Но это война, ничего не поделаешь... С этим и возвращаемся в лагерь. Несколько костей – тоже результат.

Хочешь верь, а хочешь нет…

По прибытии в пункт нашей временной дислокации мы сели у костра. Когда целый день на свежем воздухе, готов разглядеть в любой простой пище самое изысканное блюдо. И вот, помешивая суп, я рассказал ребятам, что слышал в лесу то кашель, то чиханье, то чувствовал чей-то взгляд за спиной. Жутковато было, поверьте. Слова мои ни у кого не вызвали удивления, наоборот, мои коллеги стали вспоминать подобные необычные случаи. Дело близилось к вечеру, когда они поочерёдно одаривали меня байками из походной жизни.

Ребята поведали, что во время раскопок нередко слышатся не только различные человеческие звуки, но и причитания то о матери, оставленной дома, то о жене, то о детях. Говорят, что иногда слышится шаг «не в ногу». Некоторые чувствовали запах махорки. Мои друзья рассказали также, что слышали ночью какие-то разговоры. Я не поверил своим ушам, ведь сквозь сон тоже слышал какую-то невнятную речь.

– А вон там, за дальней берёзкой (это метрах в ста от лагеря), в ясную ночь виден блуждающий силуэт, – спокойно говорит Рома. От этих рассказов становилось жутко, но усталость взяла своё, и я пошёл спать. Затем несколько раз выходил из палатки, чтобы в кромешной тьме разглядеть силуэт солдата, якобы блуждающего по окрестностям деревни. Безрезультатно…

Теперь незабытые…

На следующее утро мы снова ушли в лес. По дороге встретили ребят поискового отряда «Спектр», которые приехали из Орехово-Зуева Московской области. В этот раз они нашли чью-то ложку, а на ней – практически вся информация аж о трёх хозяевах: дата призыва, фамилия, имя и отчество, домашний адрес. Видно, передавалась от одного к другому…

– Всё перерыли, а останков нет, – говорит Олег, командир отряда. (Соответствующий запрос в архив из «Красной звезды» отправлен на днях. – Авт.)
Вообще, поисковики поражают энергией. В любую погоду идут, копают, ищут… А самое главное – возвращают забытые имена. К примеру, однажды в лесу наткнулись на воронку. Начали копать – останки. Аккуратно копали, чтобы не повредить медальон или другие личные вещи, и нашли политрука. Да ещё с документами! Начали пробивать по архивам: якобы «враг народа». А здесь-то, в воронке, всё и раскрылось: найден вместе с бойцами. Отбивались до последнего патрона. Стрелять уже было нечем, и он штык на палку намотал, чтобы в плен врагу не сдаться. Всё свидетельствует о том, что в бою погиб, но был по ошибке в предатели зачислен.

Самое страшное, говорят ребята, именно останки поднимать. Особенно, когда ботинки маленькие, 35-го размера. И страшно вдвойне, когда боец с косичками оказывается. «Вот нашли недавно одну», – вспоминают ребята, а у самих слёзы на глаза наворачиваются.

Или ещё случай, когда раскопали пацана лет одиннадцати. Благо, медальон сохранился. По архивным данным, три раза из детдома убегал на фронт. На четвёртый прибился к нашим, стал «сыном полка», был официально зачислен в ефрейторы медицинской службы. Выводил с поля боя раненых, выносил оружие. Представляли к медали. Не успел получить. Погиб…

Судеб немерено, так что работа великая. И эти ребята, я имею в виду поисковиков, тоже совершают гражданский подвиг. Правда, на награды за это не претендуют. Просто приезжают и копают, заполняя находками пустующие графы военной истории…

Вечер. Костёр. Разговоры о жизни. С нами ребята из других поисковых отрядов. Обмениваемся координатами (для меня это был последний день командировки). Отведали грибного супа, сфотографировались. К исходу ночи разбрелись по палаткам. Полусонный, выйдя ночью, чтобы забрать некоторые вещи, ещё не уложенные в рюкзак, увидел метрах в ста от берёзки какую-то тень... Уезжал с чувством чего-то невыполненного, ещё не свершённого.

Вспомнил услышанное от поисковиков выражение: «Это не мы их ищем, а они нас…».

Источник: redstar.ru.