Память – снег. Поиск родственников Хацкеля Абрамовича Шафранова

Присоединюсь к вам, семья Шафрановых – Могендович – Ароновых – Салита, в вашей молитве за то, чтобы у матушки, бабушки и прабабушки вашей Раисы Шафрановой хватило сил на перелет в Россию. Может, это последнее, что осталось сделать на этой Земле женщине, которая так много совершила за свои почти 97 лет: похоронить мужа. Похоронить погибшего в 25 декабря 1942 году подо Ржевом лейтенанта, командира роты Хацкеля Абрамовича Шафранова. Похороны – как последний подарок судьбы…

Я знаю, что после инсульта, у Раисы Шафранович стала несколько сдавать память. Но она – поэт – конечно, помнит строчку великого поэта-фронтовика Давида Самойлова: «…А память-снег летит и пасть не может».

Пусть не ведают одиночества,

Пусть живут хорошо и богато

Те, кому осталось лишь отчество

От погибших в бою солдатов.

(Из стихов Раисы Шафрановой)

Сколько лет минуло… Кто бы мог предположить, что земля отдаст людям останки лейтенанта Шафранова, чтобы по-людски и с почестями можно было их захоронить, хотя бы в братской, но не в безымянной могиле?

Письмо от незнакомой пока Елены Жилинской:

«Здравствуйте София!

Меня зовут Елена, я добровольный помощник, сотрудничаю с военными поисковыми отрядами и помогаю им в поисках родных солдат Великой Отечественной войны, чьи останки ими найдены. В списке обнаруженного госпитального захоронения в Тверской области у деревни Власьево я увидела фамилию бойца: Шафранов Хацкель Абрамович… На сайте ОБД «Мемориал» я прочла информацию, что это ваш отец – лейтенант, командир роты Шафранов Хацкель Абрамович, уроженец г.Великие Луки, последнее место службы 789 Артиллерийский полк…

Стала искать по интернету любую информацию о вашей маме, и снова радостная удача: нашла информацию о ее проживании в Америке. Обратилась к своему хорошему другу Вячеславу Шатохину, который мне и помог вас найти…

В августе 2011 г. намечается торжественное перезахоронение этих останков в Тверской области. Может, там будет представитель от вашей семьи?.. Могу я с Вашего разрешения передать помощнику командира поискового отряда Степашкину Михаилу Владимировичу адрес Вашей электронной почты для связи и координации дальнейших действий?»

София Могендович – единственная дочь Хацкеля и Раисы Шафрановых. Она родилась, когда отец уже был на фронте. Он ее так и не увидел. Ее письмо:

«Дорогая Елена!

Вы можете, конечно, представить, какой эмоциональный импакт произвело Ваше письмо на меня и всю нашу (уже большую) семью! Благодарю Вас от всей души за дело, которое Вы делаете. Низкий Вам поклон! Слов нет.

Мама сохранила много папиных фронтовых писем. Среди них – письмо, написанное за два дня до его гибели 25 декабря 1942 года. Есть также письмо моей маме от Е.Вертузаевой – врача, на руках которой папа скончался. Мне было тогда 10 месяцев от роду. И папа видел только мою фотографию, которую ему послала мама.

Когда я девчонкой бывала в кино, и показывали фронтовые ролики, я всегда надеялась, что там среди солдат увижу моего папу… Вот видите, как в жизни бывает…»

Да, знали Раиса и София, что Хацкель погиб. Только не ведали, где похоронен.

«Думали, что в братской могиле у этой деревни Власьево, – рассказывает София. – Там есть братская могила, туда и съездили поклониться перед отъездом из СССР в 1977 году. Оказалось, что нет».

Вдова и сирота солдата. Как жили они все годы в ленинградской коммуналке? Раисе так и не удалось закончить физмат. Без специальности, с маленькой дочкой на руках она вернулась из эвакуации в Ленинград.

Знаете, что такое еврейское счастье? Перечитайте Шолом-Алейхема: еврейское счастье – это швейная машинка «Зингер». Она – единственное счастье и проклятье Раисы, которая с рассвета до заката шила за гроши наряды женам ленинградских функционеров. Только бы дочь прокормить, только бы дать Сонечке образование.

«Сама она ела разве что хлеб и чеснок – чтобы цингой не заболеть, – вспоминает София, которой сейчас 69 лет. – Я ни в чем не знала отказа. Если бы мне тогда понимать… А как я тогда была одета – всегда лучше всех в классе! Мама для меня за последние деньги покупала у спекулянтов – у кого ситчик, у кого крепдешин, а у кого и креп-жоржет… Помните такие материалы? Портнихой, сейчас можно было бы сказать модельером, мама была от Б-га… Точнее сказать: она – художник по сути, по наследству, ведь родилась в семье актеров. И в конце-концов вернулась к истокам: стала театральным костюмером, работала в разных театрах, потом в Ленинградском театральном институте – вплоть до отъезда».

Раисе все удалось. Дочь закончила Институт связи имени Бонч-Бруевича, вышла замуж за ученого-гидравлика, впоследствии доктора наук Евгения Могендовича, у них родилась замечательная дочка Юля. Можно сказать, каждую строчку в биографии своей семьи Раиса прострочила красною нитью любви и ответственности матери и вдовы солдата. Пусть и на том же «Зингере»… Потом она напишет:

Ты не вернулся к нам, а жизнь идет,

внучат уже имеет наша дочка…

И им она когда-нибудь прочтет

отцовских писем ласковые строчки.

Сейчас говорят: «Жизнь удалась», раньше говорили: «Жизнь сложилась…» И сложилась она у Раисы так, как сложилась.

По-приезде в США дети быстро получили работу по специальности. В дом пришел полный достаток. Стала учиться на доктора, потом вышла замуж также за ученого Роберта Аронова внучка. Потом пошли правнуки – их пятеро! Есть уже и праправнучки: Мила-Лия родилась от брака правнучки Алоны Ароновой и знаменитого боксера Дмитрия Салиты, а в день получения сообщения из России – Ципора, дочь правнучки Габи и Ари Дрисмана. Большая получилась семья у лейтенанта Шафранова и его супруги Раисы. Большая, наполовину – светская, наполовину – религиозная, и благодарная за это Б-гу. А одному ее члену, младшему внуку Софии суждено носить имя павшего лейтенанта Шафранова – Хацкель. Ему в июле исполнится 13 лет, у него будет бармицва – его посвятят в мужчины. Значит – и в защитники, каким был его прадед. Хацкель обязательно будет участвовать в его перезахоронении.

А у Раисы в Америке появилась возможность уже без остатка отдать долг памяти своему супругу и всем, кто пал в той уже далекой и ужасающей схватке за жизнь, за ее нынешнюю семью. Когда-то в девичестве она писала стихи, здесь они к ней вернулись. Раиса Шафранова много написала, много – о войне и людях войны; она печаталась в альманахах Клуба русских писателей в Нью-Йорке.

Когда дочь приехала к ней, чтобы рассказать о том, что найдены останки Хацкеля, Раиса не удивилась, она только сказала: «Так и должно было случиться!». Потому что «память-снег» не может пасть, пока есть кому помнить.

 

Автор Владимир ЧЕРНОМОРСКИЙ благодарит за подсказанную тему Вячеслава Шатохина

Источник: reporterru.com